Уроженец Хакасии Олег Аюпов научился мыслить со смыслом и теперь учит этому петербуржцев. Почти два года он возглавляет в Северной столице Центр ментальных технологий. Информационный портал «Респект новости», поинтересовался, как научиться мыслить правильно, и для чего это нужно.

— Здравствуйте, Олег. Расскажите немного, как Вы оказались в Санкт-Петербурге?

Я родился в Черногорске, после школы поступил в Томск, где получил юридическое образование. Защитил кандидатскую, преподавал в родном вузе, начал карьеру адвоката. Как практикующий юрист, я сталкивался с различными несовершенствами законодательства и надеялся, что государство будет постепенно устранять их. Но, когда в 2013 году упразднили Высший Арбитражный суд, я разочаровался в этой системе. Таким шагом, на мой взгляд, государство как бы сказало — не стоит надеяться на какое-то развитие. Я решил, спасибо, это не для меня. Я не вижу в этом смысла настолько, чтобы в этом участвовать.

Что касается преподавания, то тут тоже наступило определенное разочарование. Больше вводилось показателей никак не связанных со студентами, увеличивалась нагрузка… Ну и кроме того, я понял, что мне больше нравится работать со студентами, как с личностями, чем преподавать юриспруденцию. И я решил, что если мне нравится заниматься педагогикой, воспитанием, то не стоит искать компромиссные варианты.

— Но почему Вы решили заняться именно ментологией? Как Вы о ней узнали?

Началось все с автора этого подхода — Алексея Мурашова, он преподавал у меня философию в вузе. Спустя какое-то время я узнал, что у него есть свой центр, где он проводит открытые семинары и рассказывает о том, чем занимается. Я и до этого интересовался психологией — работой с убеждением, НЛП, ходил на семинары. И в работе Алексея Мурашова я увидел нечто похожее, но значительно глубже.

Заинтересовавшись этим, я окончательно утвердился в мысли, что хочу заниматься педагогикой и работать с мышлением людей, с их ограничениями в голове, противоречиями. Я аттестовался по данной методике, а потом и сертифицировался.

Помимо этого было принято решение о переводе Центра ментальных технологий из Томска в Петербург, и я переехал сюда как его руководитель.

— Этому подходу действительно нужно учиться или любой думающий человек рано или поздно может сам прийти к чему-то подобному?

Сам по себе метод объединяет много всего и, пожалуй, чтобы самостоятельно прийти к такому образу мысли, нужно долго над этим работать. Мы рассматриваем не просто убеждения или ценности, а догмы, из которых состоит мировоззрение. Это намного глубже, ведь мы зачастую их даже не замечаем, так прочно они входят в нашу жизнь и являются для нас самоочевидными, не требующими каких-либо обоснований.

Типичное убеждение, например, которое есть у многих людей, что каждый человек хочет любви. Это убеждение находится на уровне мировоззрения. Но оно не может быть проверено опытным путем, потому что 7,5 млрд жителей планеты никто никогда не опрашивал. Однако люди верят, что это так. Или верят в то, что все должно быть справедливо. Или, что все люди разные. И много еще таких вещей можно назвать. И они описывают либо мир, либо человека в этом мире вообще.

Важно, чтобы человек понял, что это всего лишь его убеждения, а не истина в последней инстанции. Часто я общаюсь с людьми, задаю им несколько вопросов об убеждениях, из которых у них выстраивается вся жизнь, а они ничего не могут сказать, кроме того, что это правильно, потому что все так думают, так принято и вообще не бывает иначе.

— В итоге что это меняет? Ведь человек вряд ли поменяет свою позицию, как верил в справедливость, так и будет продолжать верить.

Он может изменить свою позицию, увидев, что у нее нет никакого обоснования. Такое часто бывает. А может и оставить. Но даже если убеждение останется прежним, то и в этом случае изменения происходят. Поскольку одно дело, когда он говорит, что мир так устроен, что все должно быть справедливо, и я сейчас вам это покажу. А другое дело, когда он понимает, что это всего лишь его личная точка зрения. И другой человек не обязан думать так же. И тут уже следуют совсем другие выводы. У человека появляется ответственность — не мир так устроен, а то, каким он будет, зависит от меня. А второе, человек начинает понимать, что эти убеждения он не сам придумал, а взял их у родителей, из телевизора, интернета, с улицы и т.д.

Пример из жизни одного моего друга. Ему с детства говорили, что девочек бить нельзя. А в третьем классе его побили девочки. Он рассказал об этом маме. Конечно, она его спросила: почему ты не дал сдачи? Так ведь девочек бить нельзя…

— Получается противоречие. И что же делать? Действовать по ситуации?

Нет, у нас уже должно быть готовое решение, принцип, какой-то критерий, который поможет нам сделать выбор. Например, приходя в кафе, вы не мучаетесь постоянным выбором, а выбираете сытное, или полезное, или вкусное. То, что вы решили заранее. Потому что правильное решение в самой ситуации почти никогда невозможно принять. У вас слишком мало для этого времени и других ресурсов.

Что в результате нужно понять — у меня есть такой критерий. Например, полезное. Начинаем к этому задавать вопросы. А зачем мне есть полезную еду? Чтобы быть здоровым. А зачем мне быть здоровым? Чтобы дольше жить. А зачем мне дольше жить? И здесь мы уже приходим к вопросу о смысле жизни, хотя начинали с выбора еды. И так с любой другой бытовой или иной ситуацией. Важно дойти до конца этой цепочки. И когда человек расставляет в голове такие ключевые вехи, получается порядок и ясное понимание своей картины мира. А часто люди приходят просто к тому, что жить надо, потому что надо жить. Другими словами, отвечают не на вопрос «Зачем», а на «Почему». Смысл заменяется причиной, будущее – прошлым.

— Это очень глобально получается.

Появляется ответственность. Человек уже не может сказать — так сложилось. Он понимает, принимать или не принимать существующее положение дел — зависит только от него. А когда человек не берет на себя ответственность, он и не живет собственную жизнь. Его голова напоминает мусорное ведро, в которое все чего-то накидали — семья, школа, интернет, это все перемешалось, и с этим ведром он живет, называя это «глубоким внутренним миром».

— Кому-то так вполне удобно. Просто плыть по течению.

Имеют полное право. Мы помогаем тем, кто хочет разобраться в себе, понять почему люди действуют так, а не иначе. И в конечном итоге, как их можно изменить, сделать лучше.

— Можно ли изменить взрослого человека?

Это трудно, но возможно. Хотя мы не ставим перед собой однозначной цели изменить человека. Мы создаем возможность для таких изменений, показывая, в частности, к чему приводит его образ мысли, а значит и жизни. И если он хочет – он обязательно изменится.

Есть разные уровни применения нашей методики. Первый — это анализ убеждений человека и, соответственно, прогноз его поступков. Например, работодатель хочет принять на работу добросовестного человека, который не будет воровать. А при приеме на работу потенциальный кандидат рассказывает, что у него в жизни все просто, и при этом уверен, что достоин большего, а мир должен быть справедливым. Какие у него будут препятствия, чтобы не украсть? Есть большая вероятность того, что он будет склонен к воровству. Оправдывая это несправедливой зарплатой, а кражу называть восстановлением справедливости.

Второй уровень — управление убеждениями. Опять же можно привести пример с воровством. В одной компании руководство жаловалось, что ничего не может сделать с кражей стройматериалов. Мы стали спрашивать, что они делают с теми, кто ворует — наказывают. А с теми, кто не ворует (таких оказалось процентов 15)? Такой вопрос удивил руководство. И они решили поднять статус этих людей, поставили их в пример. И те, кто был честным, но молчал, не желая сдавать коллег (ведь это же «стукачество»), вдруг увидели поддержку своих взглядов. Через какое-то время воровство в компании уменьшилось в разы. Казалось бы, никто не менял убеждения, но компания стала поддерживать правильные убеждения и бороться с негативными.

Возможны и изменения убеждений. Например, у нас в центре в течение двух дней проходит мастерская ментальных изменений. Мы набираем группу 8-10 человек. Два дня с людьми говорят про убеждения, и вдруг они узнают, что их жизненные установки оказываются не имеют под собой каких-либо оснований или приводят к таким последствиям в их жизни, которые им не нравятся. И выходят на необходимость изменений. Конечно, это требует усилий, но если человек этого хочет, то он может измениться. В любом случае, он не сможет забыть те мысли и понимания, которые у него были там.

Мы в экспериментальном порядке работали с группой бывших наркозависимых в качестве реабилитации. Им было сложно думать, но, тем не менее, мы смогли запустить у них рефлексию. Мы считаем, что все наркозависимые (даже те, кто употребляют легкие наркотики) имеют общие основания. И они, например, отличаются от оснований алкоголика.  В частности, алкоголик, выпивая, как бы смягчает мир, который ему не нравится (или он не нравится себе в этом мире). А наркоман создает в своей голове совершенно иной мир. И тот мир для него в каком-то смысле более реальный и желанный.

— Игроманы тоже предпочитают выдуманный мир.

В этом они похожи, но у игроманов есть еще одно основание — помимо ухода от реальности они наслаждаются властью. Если наркоману нужно просто уйти в другой мир — хороший, приятный. То игроману все-таки важнее власть. Они управляют мирами и рушат их. Таким образом, они добиваются внутреннего признания. Ведь сиюминутно быть лучшим легче, чем добиваться чего-то постепенно в реальности. Но если человек властелин мира, то получается все вокруг него рабы или вещи. А значит, он одинок. И я не говорю плохо это или хорошо. Я бы хотел, чтобы эти люди осознанно делали свой выбор.

Как человек, я могу осуждать алкоголиков, игроманов или экстремалов. Но как ментолог, я могу лишь показать, к чему приводят убеждения, и человек сам должен принять осмысленное решение. И я буду искренне рад, если он сможет осмыслить те ценности, которыми он живет каждый день.

— Многие пытаются избавиться от зависимостей, уходя в религию.

В какой-то момент люди начинают понимать, что с их представлением о мире что-то не так. И ищут готовую систему. Поэтому очень часто они увлекаются какой-то религией, эзотерикой, философским течением. Ничего плохого в этом нет. Просто люди часто ограничиваются внешними атрибутами и мало что меняют в себе. Вот решил человек стать буддистом, например. И все, думает, не буду ни на кого злиться, все люди братья, и надо их любить и принимать их такими, какие они есть. И тут ему кто-то в транспорте наступает на ногу. И любовь как ветром сдуло. И все, весь буддизм. Или начинает терпеть, злиться и говорить, что он на самом деле не злится. Это ни к чему хорошему не приведет.

Но есть люди, которые стараются разобраться в себе. Для этого надо задавать себе правильные вопросы и честно на них отвечать. Это очень сложно. Часто нужен другой человек, хотя бы для того, чтобы посмотреть, что я честно отвечаю. Поэтому мы редко наблюдаем людей, которые без диалога с кем-то смогли разобраться в себе, почти у всех были какие-то воспитатели или учителя, которые помогали понять себя.

— И вы как раз берете на себя роль такого направляющего собеседника.

Если человек приходит к нам, значит явно что-то случилось, значит его что-то не устраивает, и он хочет в чем-то разобраться. Часто люди, поняв про себя какие-то вещи, в чем-то неприятные, пытаются представить, что этого не было. Но у них это не получается. Нельзя забыть то, что уже понял про себя. И стоять на месте тоже уже не вариант. Это не значит, как многие думают, быть в вечном сомнении: кто я? Зачем я? Надо просто принимать решения. Спросить себя — что в этом мире лично я должен и хочу сделать? Главные вопросы, которые ментология позволяет решить человеку — как устроен мир и что в этом мире, устроенном так, человек должен делать? Важно то, что ментология не дает готовых ответов: вот это правильно, вот это неправильно. Она позволяет для самого себя по этому поводу принять решение.

У нас были примеры, когда человек, всю жизнь работавший в подчинении, поняв, какие у него есть ограничения, открывал свое дело. И, наоборот, закрыть бизнес, занявшись той работой, которая для него имеет смысл.

Главное не избегать принятия решений, прикрываясь отговорками про обстоятельства, про то, что лично вы не можете и не имеете права во что-то вмешиваться.

— Если кто-то заинтересуется ментологией, с чего стоит начать?

Можно написать нам письмо, и мы можем что-то порекомендовать. У нас есть сайт, где тоже есть кое-что полезное. Если человек захочет самостоятельно разобраться в себе, стоит освежить знания по логике и философии. Хотя само по себе чтение правильных книг мало поможет, если не работать над собой. Один из вариантов — начать вести дневник, записывать туда свои размышления, а потом перечитывать его. Чтобы посмотреть на свои мысли со стороны.

Очень хорошо развивает мышление взаимодействие с другими людьми, например, управление, педагогика. Потому что одно дело то, что я написал в дневнике. А другое, когда я понимаю, как все это отражается на людях, и я намного быстрее начинаю править себя, изменять. Не стоит бояться повлиять на другого, по крайней мере, взрослого человека. Он и так уже находится под влиянием других. Очень много людей действительно изголодались по людям, у которых есть своя позиция и своя аргументация, они запутались в чем-то. Идея о том, что не надо влиять на других, не очень хорошая, потому что она снимает с вас ответственность за происходящее.

Можно сказать человеку, вот ты такой плохой, пьешь. Это не сработает, надо разобраться, поговорить с ним по-настоящему. Не навязывать, как правильно, а действительно понять почему он так делает, значит для него это чем-то важно, выгодно, правильно. Любое слово можно вставить сюда. Надо выяснить, какого результата он хочет добиться. И тогда появляется диалог. Ментологи, чаще всего, уже заранее знают какую пользу человек для себя извлекает. Но важно, чтобы человек сам пришел к таким выводам.

— Получается очень похоже на психологию.

Скорее это пересечение психологии, педагогики и философии. Но опять же в психологии есть разные точки зрения — кто-то исходит из того, что все люди хотят быть свободными, а кто-то из того, что во всех людях есть стремление к удовольствию. Мне это не важно.

Моя задача, задача ментального подхода в том, чтобы человек принял по всем важным вопросам решения. Он хочет быть свободным или не хочет быть свободным. Он хочет стремиться к удовольствию или не хочет. Переосмыслить все свои ценности.

Вряд ли к психологу человек придет с такой проблемой — вы знаете, я не могу определиться — Бог есть или нет. И понятно, что это не вопрос доказательств и не вопрос психологии. А мы можем разобраться, а зачем конкретному человеку фигура Бога в его мировоззрении. Если мы вспоминаем Достоевского, который писал, что он долго маялся, как этот мир устроен, пока не поставил Бога в свою голову, и у него все сложилось. Так и человек может сказать — мне стало понятней жить.

В голове порядок и все разложено по полочкам. Ведь довольно странно, что мы привыкли наводить порядок везде, кроме самого важного места в нашей жизни – нашей собственной голове. И понятно почему, многие не хотят знать того, что там находится. Это похоже на игру детей «я в домике». Но от того, что мы закрываем глаза на какую-то проблему, она никуда не исчезает, а, наоборот, только нарастает. Если человек хочет измениться, он должен быть готов к неприятным открытиям. Преодолев это, много становится возможным. И именно это позволяет мне утверждать, что человек ни на что не обречен. Возможно все, но это требует усилий. Просто так ничего не случается.

Я очень часто слышу о том, что нужно вести дневник, что это очень полезно, но редко встречал информацию о том, как именно вести записи в нем. Хочу поделиться несколькими простыми правилами, которым я следую для того, чтобы дневник помогал учиться думать, анализировать, рефлексировать, понимать себя, формулировать свои мысли, а главное, принимать решения по важным вопросам своей жизни, своего мировоззрения.

Далее я представлю правила о том, как писать дневник.

Правило первое. Пишите не про факты, а про мысли.

Иногда люди думают, что в дневнике важно отражать все или почти все, что происходит в жизни: с кем встречался, что ел, куда ходил. Но это малоэффективно. Гораздо полезнее писать про те мысли, которые у вас возникают по тем или иным событиям, встречам. Это научает вас думать про то, что в вашей жизни происходит; заставляет анализировать жизнь и выходить из повседневной суеты, которая мешает посмотреть на все происходящие процессы со стороны.

Правило второе. Фиксируйте свои мысли через эмоции.

Не всегда можно понять, о чем я думаю в тот или иной момент времени. Очень хорошим помощником в данном случае выступают наши эмоции. Фиксируйте свои эмоции в жизни. Например, что вас удивляет, а что возмущает. Что печалит, а что, наоборот, радует. После того, как вы это зафиксировали, подумайте над вопросом: а что именно меня здесь удивило/порадовало/возмутило и так далее? Через это вы можете подумать о том, почему и зачем у вас возникли подобные реакции? Что важного для вас произошло, что вызывает подобное отношение?

Правило третье. Пишите в отдельной тетради или записной книжке, а не в телефоне.

Мы в большинстве случаев в телефоне делаем если не все, то почти все: общаемся, смотрим новости, читаем, развлекаемся, заказываем, определяемся как добраться до того или иного места, а некоторые даже играют. В этой связи телефон у нас всегда является частью нашей суетной жизни, повседневной окружающей среды.

При написании же дневника должен быть качественно другой настрой, направленный, наоборот, на выдергивания самого себя из бегания в колесе. Для вас написание дневника должно быть сравнимо с каким-то ритуалом, который вас готовит к тому, что вы сейчас будете думать отчужденно от крутящегося вокруг пейзажа.

Правило четвертое. Пишите дневник от руки.

Настоящее мышление проходит медленно. То, что проскакивает у нас в голове как шальная пуля, не может быть актом мышления. Чтобы помыслить глубоко, нужно сконцентрироваться на этом, следить за выполнением законов логики, и, конечно же, стремиться подумать над каждым словом. Это не может быть быстро. Поэтому, когда вы пишете от руки, это позволяет затормозить непонятно куда спешащий внутренний диалог.

Правило пятое. Не сокращайте слова.

Это заставляет вас еще более внимательно взвешивать каждое слово, продумывать его. Именно поэтому полезно не сокращать слова, когда вы пишете дневник.

Правило шестое. Пишите каждый день.

Практика и еще раз практика. Эти слова всем знакомы, но не каждый их применяет каждый день в жизни. А зря. Если вы будете принуждать себя к написанию дневника каждый день, вы сможете обеспечить для себя быстрый рост. Будьте верны позиции Солженицына: «Ни дня без строчки». Пишите. Только так возможно научиться не только писать дневники, но и многому еще чему.

Правило седьмое. Перечитывайте.

После того, как вы начнете писать дневники, постоянно их перечитывайте. Тем самым, вы, во-первых, сможете отслеживать свою динамику мышления. Во-вторых, получите возможность более отчужденного взгляда на свои старые мысли, а значит, сможете глубже в них разобраться. В-третьих, будете получать опыт не только написания текста, но и анализа собственных представлений о мироустройстве в своей голове. И, наконец, в-четвертых, поймете на сколько хорошо вы можете формулировать свои мысли. Сможете ли вы понять свою мысль, если забудете тот контекст и обстоятельства, при которых вам эта мысль пришла? Если нет, тогда сформулируйте в следующий раз свою мысль более точно и ясно.

Главное, пишите дневники. Это то, что вас сможет сделать лучше.

Олег Аюпов, 2016

У меня хорошее ощущение, что мы так мило поговорили без надрыва. И это приятно, что без надрыва. Мы уже не первый раз так говорим, и потом мне это предъявляют: «А что это надрыва не было? Хотелось драмы, а драмы нет. Где драма? А лучше – трагедия».  А я очень доволен, что без надрыва.

Без надрыва – это без такого агрессивного натиска, наезда, жесткого давления, когда слезы-сопли организуются тут, при этом специально организуются. Вы же видели когда-то, те, кто на мастерских был, я могу такой прессинг устроить, просто говорить, что я думаю, и это невозможно слушать, хочется умереть сразу. Этот формат сложился, когда я еще вел мастерские, и тогда же сложился последний формат моего ведения мастерских – там стало мало менторинга и много менторства. Так сформировались предпосылки для ситуации уменьшения надрыва.

Преимущество этого формата очень простое: когда надрыва нет, то долгоиграющих эффектов больше, потому что меньше аффектов, которые возникают ежеминутно. А потом, через полчаса, разговариваешь с человеком, у которого были аффекты, он вообще не помнит содержание разговора. Слезы помнит, а о чем была речь, и какие идеи, человек не помнит. Вообще, напрочь. Формат «без надрыва» дает долгоиграющий эффект, над которым можно спокойно подумать. В этом смысле это как с рок-музыкой: все помнят надрывный ор на сцене, но никто не может процитировать текст. Ну, вот это примерно то же самое.

В целом, эмоциональное напряжение в менторинге нужно, но мне не казалось это сейчас, в этом конкретном случае, важным. Для картинки, для вас, это было бы полезным. Для человека [с которым я сегодня работал], я считаю, это было бы в целом не полезным, скорее нейтральным. Человеку бы это ничего бы не добавило, но просто создало бы иллюстрацию этого эмоционального дожима. Для картинки и в целом, системно, да, это правильно, эмоциональное напряжение в менторинге нужно.


Данное сообщения было сделано на практикуме, после проведения менторинга.